Статья 307 УК РФ — Заведомо ложные показание, заключение эксперта, специалиста или неправильный перевод

1. Какую процессуальную роль занимало лицо в момент действия: свидетель, потерпевший, эксперт, специалист или переводчик. Наличие в деле текста, подписанного человеком, не заменяет установления предусмотренного законом специального статуса.
2. Какой именно вид сведений вменяется: показания свидетеля или потерпевшего, заключение либо показания эксперта, показания специалиста, перевод. Каждый объект сопоставляется с точным перечнем части 1, а не с общим названием статьи.
3. Не подменяется ли показание специалиста его письменным заключением. Часть 1 прямо называет показания специалиста; статья 80 УПК РФ различает письменное суждение специалиста и сведения, сообщенные им на допросе. Расширять уголовный состав только по заголовку нельзя.
4. Если представлен частный отчет, рецензия, справка или исследование, установлен ли его реальный процессуальный статус. Само употребление слова «эксперт» в коммерческом документе не приравнивает автора к процессуальному эксперту и не доказывает предупреждение по статье 307.
5. В каком производстве и на какой стадии даны сведения: суд, предварительное расследование либо иная часть досудебного производства. Поправка 2019 года не устранила требования к субъекту, предмету и процессуальной форме.
6. Если получено объяснение при проверке сообщения, не названо ли оно автоматически свидетельскими показаниями. Необходимо проверить статус лица, вид действия и применимое предупреждение; расширение формулы до «досудебного производства» само по себе не превращает любые разговоры с сотрудником в состав статьи 307.
7. Было ли лицо надлежащим образом предупреждено об ответственности по статье 307 согласно процедуре соответствующего вида судопроизводства. Пункт 26 Пленума № 20 прямо называет это условие уголовной наказуемости.
8. Где зафиксированы предупреждение и его разъяснение: протокол, подписка эксперта, материалы заседания или иной предусмотренный процессуальный документ. Проверяются время, подпись и реальное содержание, а не только наличие типового бланка в деле.
9. Не относится ли допрашиваемый к лицам по статье 56.1 УПК РФ, дело которых выделено вследствие досудебного соглашения о сотрудничестве. Часть 7 этой статьи прямо исключает предупреждение по статьям 307–308; такой участник не приравнивается к обычному свидетелю по одной записи в протоколе.
10. Если лицо фактически подозревается или обвиняется в обсуждаемых действиях, не обойдено ли его положение путем формального оформления свидетелем. Самостоятельно исследуются право на защиту, предмет вопросов и правомерность выбранного процессуального статуса.
11. Разъяснены ли свидетелю право не свидетельствовать против себя, супруга и близких родственников и иные применимые иммунитеты. Законный отказ от показаний не считается ложным показанием; при добровольном сообщении сведений отдельно проверяются правомерность процедуры и предупреждение.
12. Какие конкретные фактические утверждения ложны и какими доказательствами это установлено. Противоречие другим показаниям или выбор судом иной версии не являются автоматическим доказательством сознательной лжи.
13. Отделены ли ошибка памяти, неточное восприятие, неоднозначный вопрос, языковая трудность и добросовестный профессиональный вывод от намеренного искажения. Исследуется субъективное знание лица на момент действия.
14. Имеют ли искаженные сведения значение для обстоятельств соответствующего дела. Несущественная бытовая неточность не должна без анализа ее роли подменять уголовно значимое содержание показаний, заключения или перевода.
15. Если вменяется ложное заключение эксперта, какие результаты исследования и выводы умышленно искажены. Проверяются исходные объекты, методика, рабочие материалы и пределы компетенции; одно несогласие другого эксперта не устанавливает заведомую ложность.
16. Если эксперт допрошен после представления заключения, какие сведения он сообщил при разъяснении или уточнении. Заключение и показания эксперта различаются по статье 80 УПК РФ и по моменту окончания, указанному в пункте 27 Пленума.
17. Если обвинение основано на умолчании, какое существенное обстоятельство лицо достоверно знало или установило в исследовании и почему должно было сообщить его в ответ на поставленный вопрос. Пункт 23 Пленума № 20 прямо рассматривает такие умышленные умолчания эксперта или специалиста и неполный перевод.
18. При неправильном переводе сопоставлены ли оригинал, полный перевод, аудиозапись, терминология и контекст. Неточное слово, которое допускает несколько добросовестных вариантов перевода, не заменяет доказательство намеренного искажения смысла.
19. Не возникло ли искажение при составлении протокола или переносе текста другим лицом. Сопоставляются запись допроса, замечания, дополнения, подписи и обстоятельства отказа от подписания; авторство ложного утверждения устанавливается индивидуально.
20. Для показаний на предварительном расследовании установлен ли момент подписания протокола либо удостоверения отказа или невозможности его подписать. По пункту 27 Пленума отсутствие собственной подписи не исключает окончание автоматически, если предусмотренное удостоверение состоялось.
21. Для ложных показаний в судебном заседании установлен ли момент окончания допроса. Внутри одного допроса рассматривается весь фактически сообщенный и уточненный рассказ; отдельная реплика не оценивается вне контекста последующих ответов.
22. Для ложного заключения эксперта установлено ли его представление дознавателю, следователю или суду. Дата исследования, подпись на проекте и дата процессуального представления не подменяют друг друга.
23. Если сведения повторялись в одном деле, доказаны ли единый умысел и продолжаемый характер. Пункт 24 Пленума № 20 исключает совокупность самостоятельных преступлений при предусмотренной им повторности в рамках одного единого умысла.
24. Если ранее суд уже признал показания недостоверными или, напротив, положил их в основу решения, не подменяет ли эта оценка самостоятельное доказывание по статье 307. Пункт 25 Пленума прямо запрещает предрешать виновность или невиновность данным выводом.
25. При заявлении об угрозах, принуждении или иной зависимости проверены ли реальные обстоятельства и применимые общие положения УК РФ. Сам факт неприятного вопроса не исключает вину; доказанное незаконное воздействие также нельзя игнорировать.
26. Заявляло ли лицо добровольно о ложности своих показаний, заключения или перевода до вынесения приговора либо решения суда по соответствующему делу. Примечание проверяется независимо от того, успело ли обвинение возбудить отдельное дело о лжи.
27. Понятно ли из заявления, какие прежние сведения объявлены ложными, и доказана ли добровольность. Простая смена версии без выяснения ее содержания и причин не заменяет проверку специального основания освобождения.
28. Не заменена ли граница примечания моментом вступления приговора в законную силу. Закон говорит о заявлении до вынесения приговора суда или решения суда; более позднее признание не становится своевременным только из-за продолжающегося обжалования.
29. Проверена ли санкция части 1: штраф до 80 000 рублей или доход за период до шести месяцев, обязательные работы до 480 часов, исправительные работы до двух лет либо арест до трех месяцев. Лишение свободы и принудительные работы в этой части отсутствуют.
30. Верно ли определены категория и общий срок давности: часть 1 — преступление небольшой тяжести, общий срок составляет два года. Момент окончания определяется видом процессуального действия, а не автоматически датой приговора по основному делу.
31. Учтены ли районная подсудность по прямому исключению части 1 статьи 307 из компетенции мирового судьи и правило части 6 статьи 151 УПК РФ о связи подследственности с основным преступлением. Для специальных случаев исследуются дополнительные правила, а не вводится безусловная подследственность СК РФ.

Часть 1 и примечание к статье 307, статьи 3, 5, 15, 19–21, 24–25, 40 и 78 УК РФ; пункты 23–27 Пленума ВС РФ № 20; статьи 31, 56, 56.1, 80, 150–151 УПК РФ; Федеральный закон № 410-ФЗ.

1. Установлены ли все исходные признаки части 1: надлежащий субъект, предусмотренный вид сведений, процессуальная стадия и форма, предупреждение и заведомая ложность. Тяжесть дела, в котором проводится допрос, не заменяет эти признаки.
2. В чем состоит связь ложных показаний, заключения или перевода с обвинением определенного лица в тяжком или особо тяжком преступлении. Само производство по тяжкому обвинению не означает, что любое ложное сообщение в нем подпадает под часть 2.
3. Какие фактические обстоятельства приписаны конкретному лицу и к какой категории относится такое деяние по статье 15 УК РФ. Определяются содержание ложного обвинения и применимая редакция, а не только номер основного уголовного дела.
4. Охватывалась ли умыслом обвинительная направленность и фактические обстоятельства, образующие квалифицирующий признак. Последующее усиление обвинения другим участником не переносится на автора сведений без доказанной субъективной связи.
5. Если ложь, напротив, направлена на оправдание лица или касается иного вопроса, обосновано ли использование именно части 2. Квалифицирующая формула требует соединения с обвинением, а не любого влияния на исход дела о тяжком преступлении.
6. Для эксперта, специалиста или переводчика установлено ли конкретное искажение, создающее или усиливающее ложное обвинение. Профессиональная роль не превращает любой ошибочный вывод по тяжелому делу в квалифицированное преступление.
7. Соблюдены ли правила пункта 24 Пленума № 20 о едином продолжаемом преступлении, если сведения повторялись. Для отдельного нового умысла или иного дела необходима самостоятельная фактическая оценка.
8. Проверено ли примечание о добровольном заявлении до вынесения приговора или решения. Оно не ограничено только частью 1, поэтому квалифицированная часть сама по себе не исключает освобождение при наличии всех условий.
9. Если одновременно вменяется статья 306, установлены ли самостоятельный донос и последующее ложное показание, а также все условия обеих норм. Примечание к статье 307 не распространяется автоматически на ранее совершенный донос.
10. Проверена ли санкция части 2: принудительные работы до пяти лет либо лишение свободы на тот же срок. Штраф, обязательные работы или арест из части 1 не представлены альтернативами этой части.
11. Верно ли определены категория, давность и подсудность: часть 2 — преступление средней тяжести, общий срок давности шесть лет; по общему правилу дело рассматривает районный суд. Приписываемое тяжкое преступление не делает саму часть 2 статьи 307 тяжкой.
12. Проверена ли следственная компетенция с учетом части 6 статьи 151 УПК РФ, персональных оснований и решения прокурора при споре. Необоснованная универсальная ссылка на СК РФ не заменяет установление подследственности конкретного дела.

Часть 2 и примечание к статье 307, статьи 15, 24–25 и 78 УК РФ; пункты 22–27 Пленума ВС РФ № 20; статьи 31, 150–151 УПК РФ.